Зимняя тема

Георгий Петрович Чистяков

Подписчики: 2
Георгий Петрович Чистяков > Статьи > Над строками Нового Завета. 1999.

Благая Весть


Благовестие до такой степени многомерно, что его нельзя «вместить» в одно Евангелие. Поэтому одни грани Благой Вести подчёркиваются у Матфея, другие — у Марка, третьи — у Луки, четвёртые — у Иоанна. Но если о чём-то говорится у одного евангелиста, следы того же самого непременно есть у другого.

Суть Благой Вести невозможно вместить не только в один текст, но, наверное, и в одну Церковь. И если говорить о том, что есть Церковь, можно сказать: все черты Церкви присутствуют и в православии, и в других христианских исповеданиях. У нас, православных (и через нас), Господь подчёркивает что-то одно, у католиков или протестантов — другое, и подчёркивает прежде всего для нас.

Какой великий дар, что в православии дети допущены к мистической жизни Церкви во всей её полноте! У протестантов, как известно, детей не крестят до взрослого возраста, а у католиков их до 11-12 лет не миропомазают и даже не причащают. Но когда видишь в Западной Церкви обряд первого причастия, которого дети ждут как великого праздника, к которому с волнением готовятся, ради которого переживают месяц совершенно удивительного духовного роста, то огорчаешься, что у нас этого нет, а есть обратная сторона участил детей в таинствах — механическое к ним отношение, когда они во время службы маются, томятся, шалят и т. д. Приходит в голову, что, может, с какого-то возраста надо приостанавливать причастие детей. Конечно, непередаваемо радостно причащать младенцев, особенно если младенец тянется к чаше: глаза распахнуты, ротик открыт, он весь тянется ко Христу в таинстве Евхаристии. Это ни с чем не сравнимо. В такие минуты, как никогда, чувствуешь присутствие Божие. Потом в жизни ребёнка наступает момент, когда он, взрослея, кое-что уже начинает понимать, но… служба его утомляет, к концу её он уже устал, даже если его привели в середине. Я думаю, что родители должны хорошо обдумать это. Может быть, до какого-то возраста вообще не надо приводить детей на Литургию — до тех пор, пока у ребёнка не появится личная, внутренняя потребность подойти ко Святой чаше. Так что опыт наших западных братьев и сестёр учит нас осторожности.

Истина Благовестия не вмещается в опыт одной Церкви, она сохраняется в опыте разных христианских Церквей. И когда, сравнивая, как бы совмещаешь его, — постигаешь всё богатство христианства. Но, понимая это, мы ни в коем случае не призываем механически соединить все Церкви в одну. Это было бы убийственно! Важно другое — чтобы мы не испытывали друг к другу неприязни, ненависти, отвращения. Необходимо уметь видеть свои слабые стороны и сильные стороны других. А мы, наоборот, любим подмечать слабости других. В результате попадаем в тупики — и личные, и общецерковные. Не к тому зовёт нас Господь!

Например, мы должны учиться у протестантов читать Писание, знать Писание и любить Писание. Протестанты, в свою очередь, учатся у православных и католиков любви к истории подвижников Церкви, к опыту живых христиан. В последнее время проповедники, учёные и просто рядовые протестанты очень часто открывают для себя опыт, накопленный христианской Церковью за две тысячи лет. Например, лучший доклад, который я слышал о преподобном Сергии Радонежском, был сделан протестантом. Слушая его, мы чувствовали, что преподобный Сергий находится среди нас. И лучшая, на мой взгляд, книга о Франциске Ассизском тоже написана протестантом. Словом, когда протестанты, лишённые опыта встречи со Христом через встречу со святыми, открывают его для себя, то нащупывают что-то такое, чего мы, которым эта возможность дарована, иногда не видим. Тайна множественности Церкви заключается именно в том, чтобы через эту множественность мы могли друг друга обогащать.

Итак, у всех христиан есть какие-то общие и какие-то особые дары, которые Господь даёт тем или иным Церквам. И Церковь имеет возможность делиться этими дарами, если другие того хотят. Несомненная заслуга протестантских вероисповеданий в том, что и православные, и католики XX века полюбили читать Писание, не расстаются с ним, издают его и т. д. И заслуга Церквей Востока (Восточного Средиземноморья, христиан-арабов) заключается в том, что община, которая была ими сохранена, стала неотъемлемой частью Церкви во всех вероисповеданиях.

Многогранная истина Евангелия сохраняется и в разных Церквах, и у разных евангелистов. Поэтому, когда разные Евангелия соединяют в одно, видишь: что-то, может быть, самое главное, ушло. В «Литературной газете» несколько лет тому назад был опубликован труд священника Леонида Лутковского. Он соединил повествования Матфея, Марка и Луки в одно целое. И вместо того многомерного Евангелия, через которое с нами говорит Христос, у нас в руках оказался текст о том, что некогда делал и говорил Спаситель. Вот в чём разница.

Необходимо обратить внимание ещё на одну особенность Евангелия от Луки. В нём есть притчи о строителе башни и о царе, который собирается на войну. Они следуют одна за другой и не встречаются у других евангелистов.

«…Кто из вас, желая построить башню, не сядет прежде и не вычислит издержек, имеет ли он, что нужно для совершения её, дабы, когда положит основание и не возможет совершить все видящие не стали бы смеяться над ним, говоря: "этот человек начал строить и не мог окончить"? Или какой царь, идя на войну против другого царя, не сядет прежде и не посоветуется прежде, силён ли он с десятью тысячами противостоять идущему на него с двенадцатью тысячами? Иначе, пока тот ещё далеко, он пошлёт к нему посольство — просить о мире» (Лк 14:28-32).

Если мы замахиваемся на что-то большое и не имеем сил для этого, лучше не замахиваться. Если мы ещё не готовы, но уже строим грандиозные планы в духовной жизни, — лучше их не строить. Прежде чем принимать решения, нужно хорошо подумать.

Подвиг не совершается просто так — для подвига христианин должен быть подготовлен. Иисус, закончив притчу, говорит: «Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» (Лк 14:33). Так вот, для того, чтобы отрешиться, чтобы это не было игрой, а было чем-то подлинным, надо себя подготовить. Поэтому вне роста, вне развития невозможно подлинное христианство, подлинное православие. И как всякий солдат — не случайно апостол Павел неоднократно сравнивает христианина с воином — упражняется ежедневно (напомню, «ежедневно» — ключевое слово Евангелия от Луки), так христианин должен ежедневно готовить себя к подвигу и не приступать к нему слишком рано, пока ещё не готов.

Это тоже одна из особенностей Евангелия от Луки именно как Евангелия Церкви, потому что Церковь — это не в последнюю очередь школа, школа, в которой мы учимся вере, учимся жизни со Христом и во Христе. И может быть, именно поэтому, именно в этом Евангелии Иисус так много говорит с фарисеями, бывает у них в гостях, ест и пьёт с ними. Он не отталкивает от себя этих людей — благочестивых, но слишком укоренённых в традиции, людей, которые из-за своего буквализма уже не видят реальности присутствия Божия, в глазах которых следование заповедям и установлениям (букве) заслонило дух. Видя их благочестие и добрые сердца, Спаситель приходит к ним, потому что им тоже есть место в Церкви: они сохраняют многовековую традицию.

Но если у них получается сохранять традицию, то почувствовать Живого Бога им не удаётся. Безграмотные рыбаки, с которыми ходит Иисус, лучше чувствуют Живого Бога, но они живут вне традиций, потому что никогда ничему не учились. И тех и других — и «модернистов»-апостолов и традиционно укоренённых в законе фарисеев — Иисус соединяет в Своей Церкви. Это очень важный урок Евангелия от Луки.


Помощь   Правила   О сайте   Платные услуги   Реклама   Поиск
...