05:31:05 22/09/2018

валерий широков

валерий широков > Статьи >

Глава 10


Глава 10
Валерий Широков
Темнота, мягкая бархатная темнота.
 «Странно, – подумал Лёлик, – почему темнота как бархат на ощупь? И почему так темно, где я вообще?»
Вдруг среди этой темноты вспыхнули маленькие голубые искорки. Звон в ушах…
 – Валера, очнись! Валера, ну очнись же, миленький…
 «Какой, к чёрту Валера? Я же Лёлик…»
Потом звон в ушах перешёл в визг, всё выше и выше, пока не превратился в ультразвук и исчез. В глаза вдруг ударил свет.
 – Слава богу, зрачки реагируют! Живой, значит. Однако плечо у него сильно разорвано. Придётся шить, Зена. Оскар, держите его.
Что-то больно кольнуло его в предплечье.
 – Да вы охренели! – заорал Лёлик и попытался вскочить, – Больно же, нехер меня клеймить!
Он открыл глаза и увидел, что около него стоит женщина в белой медицинской шапочке и марлевой повязке на лице.
 – Лежать, раб! – властно сказала женщина и прикоснулась рукой к обручу на шее Лёлика.
Лёлик вдруг ослаб, ему стало дурно, он упал и закрыл глаза. Потом он вдруг ощутил уколы в районе предплечья. Было противно. Казалось, что ему в руку заталкивают иголки, а потом через мясо за иголкой шла нитка. Ему хотелось блевануть. И тут он понял, что он в больнице, и ему просто зашивают рану.
  «Главное, страховой полис и деньги не требуют. И то хорошо,» – эта мысль его успокоила.
 – У него ещё нога, – раздался мужской голос.
 – Сейчас посмотрим. Да, сильный ушиб, но кости, похоже, целы, ободрал, конечно.
Лёлик вдруг ощутил жжение в ноге ниже колена.
 – М-м-м! – заорал он.
 – Зена, забинтуй ему ногу, а на предплечье пластырь наклей. Он, похоже, в шоке. Надеюсь, он память не потерял.
И вдруг Лёлик вспомнил, как он кинул в морды лошадей корзины, как они испугались и резко завернули карету:
 «Классно получилось. Как я их!»
Ему вдруг стало смешно, и он начал истерически смеяться.
 – Что с ним, моя Королева?
 – Наверное, лекарство действует. Придётся ему немного поспать.
Лёлик вдруг вспомнил, что перед этим он шёл с девушкой.
 «Милена! Что с ней?!» – подумал он и попытался встать. Но чьи-то сильные руки удерживали его. Потом он вдруг ощутил боль в предплечье левой руки.
  «Укол», – догадался он.
 – Он раб? – раздался вдруг низкий женский голос.
 – Не знаю, Зена. Клейма нет, но ничего не понять. Кусок кожи содран. Но он в ошейнике, так что, я думаю, он натворить ничего плохого в нашем городе не успел. Будем считать, что он мой паж. Присмотри за ним, Зена. Запрет на выход из дворца ему я поставлю. Для начала, пусть придёт в себя. Пусть развлекается с девушками. Красивый мальчик, мне нравится.
Всё это Лёлик слышал сквозь сон. Он пытался бороться с полудрёмой, стараясь открыть глаза, но они почему-то не хотели открываться. Потом он ощутил, что его поднимают и перекладывают. Он отрубился окончательно.
Сон, странный сон снился ему. Он вдруг увидел себя в большом зеркале, потом зеркало затуманилось, и вместо себя он увидел Милену. Лёлик обрадовался, протянул руку, но она уперлась в стекло и его внезапно ударила голубая молния. Зеркало треснуло и рассыпалось на кусочки. Руку обожгло.
 – Чёрт, больно! – он вскрикнул и проснулся. Открыл глаза. Вокруг была голубая ночь. Рука действительно ныла как после удара молнии. Лёлик сел на постели и стал оглядываться. Он опять был голый, на ноге повязка, правое предплечье ныло. Лёлик сидел на роскошной деревянной кровати под балдахином и с четырьмя витыми столбами по краям. Простыни были шёлковыми. В комнате были огромные окна, через которые струился голубой свет.
 – Неплохая камера. А туалет здесь, интересно, есть?
Он, сполз с кровати и встал на пол ногами.
 – Чёрт, как болит рука!
На полу были плитки. Шлёпая босыми ногами и прихрамывая, он подошёл к окну. За окном был сад. Скамейки, скульптуры, клумбы. Ничего интересного. Рядом с окном была стеклянная дверь в этот сад. Лёлик отошёл от окна и стал осматривать комнату. Стол, стулья, комод. Почти как у Милены. Он прошёлся по комнате и обнаружил две двери. Внизу одной из дверей было круглое отверстие.
 – Для кошек, что ли? – он попытался открыть дверь, но было заперто, – Ну, вторая дверь, точно ванная.
Да, это действительно оказалась ванная комната. Он зашел. Всё стандартно. Бронзовая ванна, умывальник, унитаз. Правда, было очень просторно. Над умывальником висело зеркало. Окно было огромное, как и в комнате, так что света вполне хватало. Лёлик подошёл к умывальнику и, глядя в зеркало, стал тихонько отрывать пластырь с руки.
 – Чёрт, как больно!
Наконец, он отодрал пластырь и стал рассматривать в зеркало свою руку. Из предплечья торчали нитки.
 – Ну, слава богу, не клеймо. Однако чем же я так руку разодрал? Какая-то финтифлюшка на карете. Понаделают украшений…
Затем он решил осмотреть ногу. Смотал, бинт:
 – Однако синячище!
Он еще раз посмотрел в зеркало и провёл рукой по щеке. Щетины не было. Не было её и между ног:
 – Действительно, мальчик, – он не стал возиться с бинтами, – сойдет и так.
Присел на унитаз, отлил, нажал кнопку и пошел спать.
Проснулся он от того, что жёлтое солнце било в глаза. Он пытался увернуться от него и поспать еще, но как он не ворочался, солнце доставало его.
 – Пора просыпаться!- раздался вдруг низкий женский голос.
Лёлик вздрогнул и открыл глаза. Около кровати стояла тёмноволосая женщина в замшевой юбке чуть выше колена и таком же бюстгальтере. Она была слегка полновата, но, вернее сказать, плотная и крепкая.
 – Ты кто?
 – Зена, а ты кто, помнишь?
 – Я Лёлик…
 – Ну, хорошо, хоть это ты помнишь.
Лёлик вспомнил, что вчера он уже слышал это имя и этот голос.
  «Зена – это наверное та, которая за мной присматривает», – сообразил он.
Зена подошла ближе и рывком сдёрнула одеяло. Лёлик покраснел, постарался прикрыть член руками.
 – Однако где твоя повязка?
 – Сползла… – соврал парень.
 – И с руки тоже сползла? Ну, наверное, ты себя нормально чувствуешь, раз повязки снял. Голова не кружится? Надо помазать твои раны.
Зена подошла к столу возле окна, взяла стоящую там баночку и вернулась к кровати, а потом присела на край.
 – Ну, показывай свою ногу.
Лёлик, не отнимая рук от члена, неловко подвинулся боком к Зене на кровати. Она усмехнулась и стала стеклянной палочкой размазывать какую-то мазь по ноге, а затем по плечу.
 – Раз ты против повязок, то и бинтовать тебя незачем, тем более, раны подсохли. Надеюсь, не загниют.
 – Э-э, мне бы одеться, – промямлил Лёлик.
 – Одеться? – она вдруг заржала. Затем подошла к комоду у стены, покопалась в нём и достала из него золотистую тряпку.
 – Ну-ка, встань. Да хватит уже стесняться! Видела я тебя всего ещё вчера.
Лёлик вздохнул и встал с кровати:
 «Опять юбка».
Зена опоясала его талию этой золотистой тряпкой, застегнула пряжки на поясе, и Лёлик вдруг ахнул. Юбка была как у фараона! Кто такие фараоны Лёлик помнил смутно, вроде цари. Но помнил, что они носили юбки именно такого фасона.
 «Блин, круто!» – это была явно не женская юбка.
— А трусы не полагаются?
 – А что, ты уже так привык к женским трусам? Иди в ванную умывайся, сейчас тебя покормят, и Королева хочет допросить тебя. Подожди, я дам тебе тапки.
Она опять подошла к комоду, порылась там, достала два тапка и кинула их Лёлику. Тапки были обыкновенными шлёпанцами из бархата. Лелик надел их и пошёл в ванную. Зайдя в ванную он, прежде всего, присел на унитаз. Затем, сняв юбку, решил сполостнуться в ванной из душа. Горячая и холодная вода текла исправно.
«Классно у них тут всё!»
 Затем подошел к умывальнику и начал чистить зубы. Рука болела. Закончив, Лёлик опять надел свою фараонскую юбку. Полюбовался на себя в зеркало. Ткань юбки была жёлто-золотистого цвета, очень приятная на ощупь. Лёлик вдруг вспомнил розовые трусы Мары.
 «Чёрт, Мара расстроится из-за трусов. Милена сказала, что это её любимые, а я их потерял и не знаю где, и юбки тоже. Милена! – он вдруг вспомнил, как швырнул её в кусты. Жива ли она?»
Он вдруг подумал:
«Надо бежать отсюда! Блин, блин, я даже адреса её не знаю и города тоже…»
 – Лёлик, иди кушать! – раздался вдруг из-за двери женский голос.
Лёлик вздрогнул и вышел в комнату. В ней находилось три девушки. Посредине комнаты уже стоял накрытый стол, а вокруг него стулья. На столе всё было заставлено кушаньями, тарелками, стаканами, бутылками. Девушки стояли возле стола. Брюнетка, шатенка и блондинка. Все глаза были устремлены на Лёлика.
 – Вот, Лёлик, это твои доярки и интимные подружки, познакомься, – громко сказала Зена.
 – Это Киса.
Вперёд вышла чёрненькая девушка в кудряшках с блестящими чёрными глазками. Киса присела в полупоклоне перед Лёликом.
 – Это Туся.
Рыженькая девушка тоже сделала реверанс.
 – А это Нюша.
Блондинка была полненькой и с белыми кудряшками.
Лёлик не знал, что сказать в ответ. Больше всего его смутило слово «доярки». Он вдруг вспомнил, что с ним делала Милена.«Чёрт, неужели и эти так же? Охренеть!» Но в ответ, он громко сказал:
 – Я Лёлик, мне очень приятно, девочки.
Девочки прыснули со смеху.
 – Ну, может, уже приступим к еде? – вдруг сказала Киса, и все вопросительно посмотрели на Лёлика.
 – Конечно! – Лёлик вдруг понял, что все ждут только его сигнала, – Девушки, давайте есть.
Девушки переглянулись и весело засмеялись. Они усадили Лёлика во главе стола. Киса стала ходить вокруг стола, разливая из фарфоровой супницы суп по тарелкам. На всех девушках были полупрозрачные бюстгальтеры и такие же полупрозрачные юбки. Сквозь бюстгальтеры просвечивали соски, а под юбками явно ничего не было.
 – Зена, ты к нам присоединишься? – спросила Киса.
 – Нет, девочки, пойду, поищу ему обувь, его ждёт Королева.
 – Зена, а можно мы Лёлика трахнем? Ну-у пожалуйста…
 – Нет. Не сегодня, завтра.
 – Чур, я первая дою Лёлика, – весело закричала Киса.
Лёлик, чуть не поперхнулся и сидел красный как рак. Он схватил ложку и начал есть суп. Нюша пододвинула ему хлеб. Суп был вкусный.
 Затем было второе – рыба. Он ел и старался украдкой рассмотреть девушек. Но стоило ему только посмотреть хоть на одну, как они тут же поднимали глаза и улыбались ему во весь рот. То одна, то другая соскакивала со стула, подходила к Лёлику и подкладывала ему, то рыбки, то кусочек сыра, то салат, то наливала вина. Да, по вкусу это было вино, но почему-то не пьянило.
 – Лёлик, ты любишь трахаться? – спросила вдруг Туся. – А кто тебе больше нравится? Девочки, ну-ка, встаньте. Пусть Лёлик посмотрит.
Они с энтузиазмом вскочили из-за стола и стали перед ним.
 – Может нам раздеться? Лёлик, как ты на это смотришь? – сказала Нюша.
У Лёлика вино стало поперёк горла:
  «Господи, где же Зена, какого чёрта она так долго!»
Слава, богу, пришла Зена! Зайдя в дверь, она сразу же всё поняла по виду Лёлика.
 – Киса, не сегодня, его ждёт Королева, и у него ещё болит рука и нога. Вот, наденьте ему сандалии.
Девчонки с энтузиазмом кинулись выполнять эту просьбу. Лёлик сидел на стуле, а они, присев перед ним, натягивали и застёгивали ему сандалии, при этом жадно заглядывая ему под его замечательную юбку.
 «Боже, я же без трусов», – думал Лёлик, чувствуя, как предательски встаёт член.
Когда сандалии были надеты, они заставили его пройтись. Каблук был низкий, и это понравилось Лёлику. Он вдруг вспомнил туфли Мары на каблуке.
 – Ну, ты наелся? – спросила Зена.
 – Сейчас заскочу в ванную, и я готов.
Он зашёл в ванную, сполоснул рот и руки. Глянул на себя в зеркало. Вздохнул и вышел.
 – Я готов, Зена.
Они вышли из комнаты.
Помощь   Правила   О сайте   Платные услуги   Реклама   Поиск
...